Дмитрий Саутин: Обиднее всего, что паралимпийцев не пустили в Рио

Алекно: Вербов ещё не тренер



История российского хаоса на Кубках мира

Обозреватель «СЭ» вспоминает организационные проблемы, окружавшие сборную России на Кубках мира в 1996 и 2004 годах.

Игорь РАБИНЕР.

ПЯТЬ МИНУТ С МИХАЙЛОВЫМ.

Перед отъездом за океан довелось встретиться на ВДНХ с Борисом Михайловым. Лучший снайпер отечественного хоккея, только что настигнутый Сергеем Мозякиным (что было воспринято великим капитаном ЦСКА безо всякой ревности), на пару с еще одной легендой, Александром Якушевым, представлял на ежегодной книжной выставке-ярмарке их автобиографии.

Я выступал получасом ранее, и в крохотной комнатке за чаем и кофе мы пересеклись с Борисом Петровичем. Только разговорились - как позвали на сцену. Как жалко! Рассказчик-то Михайлов первоклассный. Не говоря уже о том, сколько весит каждое его слово. Слово многолетнего капитана сборной СССР и главного тренера, который за 15 лет с 1993-го до быковского Квебека-2008 был, на секундочку, всего одним из двух тренеров (второй - Крикунов), кто в российские времена выигрывал медали чемпионатов мира - золото-1993 и серебро-2002.

Михайлов начал с того, что услышал где-то по телевизору оценку нынешнего состава сборной России на Кубке мира как сильнейшего за три турнира после ребрендинга из Кубка Канады. И возмутился. «Хорошие ребята, конечно, но какое может быть сравнение с нашим звездным составом на Кубке мира-1996!» И начал перечислять: Фетисов, Ларионов, Могильный, Федоров, Жамнов, Яшин, Ковалев, Зубов, Каспарайтис, Малахов, Житник, Гончар, Хабибулин….

Важным было признание: за те годы, что все перечисленные и многие другие хоккеисты провели в НХЛ, они стали другими - а он, главный тренер с этой стороны океана, не успел этого до конца понять и нащупать рычаги. Правда, возглавил Михайлов ту бронзовую сборную, по собственным словам, случайно - из-за того, что тяжело заболел Игорь Дмитриев. Борис Петрович тогда еще говорил игрокам: все равно ведь однажды закончите, не будете за океаном кому-то сильно нужны - и вернетесь. И вернулись - все, кроме Игоря Ларионова.

Страшно жаль, что мы не успели продолжить чайно-кофейный разговор, - надеюсь, когда-нибудь к нему вернемся. Но сколько же точек отсчета в канун моего отъезда на Кубок мира он дал! Заставил, например, задуматься, сможет ли в критические моменты совладать с игроками и их опытом в НХЛ Олег Знарок - так же, как и Михайлов, никогда не работавший за океаном, то есть не соприкасавшийся с большинством нынешних звезд сборной в их естественной среде обитания. С Александром Овечкиным-то у него все идеально - это факт общеизвестный. И Сергей Бобровский сказал, что Знарок в раздевалке создает комфортную для игроков атмосферу. Дай бог, чтобы так же было и под стрессом.

Один лишь список защитников сборной-96 - Фетисов, Зубов, Житник, Малахов, Юшкевич, Каспарайтис, Гончар, Твердовский, Карповцев, Уланов - заставил пригорюниться от сравнения с нынешним. Сколько бы ни было вокруг той команды организационной неразберихи, ее класс (и в первую очередь именно в линии защиты) был объективно выше нынешнего. Хотя вот видели же с Канадой, как скакнул, когда потребовалось, на новый уровень Никита Зайцев, и каких публичных похвал потом удостоился за этот матч от его будущего клубного тренера Майка Бэбкока.

Мы же еще многого об этой команде не знаем - да и сама она о себе тоже. Неделю назад я спросил Вячеслава Фетисова, каковы, на его взгляд, наши перспективы на Кубке мира, и еще один, наряду с Михайловым, великий капитан сборной СССР оказался на удивление оптимистичен. Мол, вратари и нападающие - топ-уровня, сравниться на турнире могут с кем угодно, а надежность обороны можно обеспечить за счет системы. А потому он даже не исключает победы….

Я же пока вижу ровно одно безусловное и очень важное преимущество нашей команды над теми ее аналогами, что выступали на Кубках мира 1996-го и 2004-го - организационное. Можно сказать, все тогда и разрушившее. Такого хаоса, какой был в те два раза, сейчас нет и близко. Уже мало кто из болельщиков припоминает, что тогда было. Что ж, напомню.

КТО НАЖИЛСЯ НА АВИАБИЛЕТАХ?

Фетисов, Ларионов, Могильный, Малахов, Хабибулин, Зубов, Вячеслав Козлов… Вся эта россыпь звезд по доброй воле отказалась ехать в составе сборной России на Белую Олимпиаду в японском Нагано-1998. На первые в истории Игры, в которых было разрешено участвовать всем игрокам НХЛ. Слава богу, представить такой парад отказов сегодня невозможно.

Причина была в том, что ФХР отчаянно конфликтовала с энхаэловцами, при первом удобном случае обвиняя их в отсутствии патриотизма и жажде наживы. Те не оставались в долгу, недвусмысленно заявляя, что хоккейные чиновники погрязли в коррупции. Кульминацией взаимной нелюбви стал Кубок мира-1996 - первый со времен развала СССР турнир, в котором принимали участие все лучшие хоккеисты планеты.

В сборной царил форменный хаос. До полуфинала россияне с грехом пополам добрались - с самым звездным составом они попросту не могли этого не сделать. Но осадок у всех остался такой, что последствия Кубка мира могли стать необратимыми. За пару месяцев до Игр в Нагано один из «отказников», ведущий защитник «Монреаль Канадиенс» Владимир Малахов говорил мне в интервью для «СЭ»:

- У меня остались очень тяжелые воспоминания об обстановке вокруг сборной на Кубке мира, после которого меня сделали одним из козлов отпущения за произошедшую неудачу. В прессе я тогда был назван предводителем недовольных, забывшим о хоккее и о чести Родины. А все потому, что я, привыкший за несколько лет в Америке к энхаэловским нормам взаимоотношений, в лицо говорил людям из федерации, какие вещи они с нами делают. Мне этого не простили. После окончания всего этого кошмара я несколько дней отлеживался в Майами на океане, отходил - потому что нервы были на пределе, думал даже заканчивать с хоккеем. Мне было очень больно, и я не хочу еще раз такое пережить.

- В чем заключались ваши претензии?

- Об этом можно очень долго говорить. О тех же костюмах для команды, за которые вроде заплатили 50 тысяч долларов, но которые было страшно надеть… Расскажу лишь одну историю. Когда надо было лететь в Москву на сбор, агент Серж Левин, работавший тогда со сборной, сказал мне, что я полечу из Нью-Йорка экономическим классом с пересадкой в Амстердаме. Полетишь, говорит, рейсом замечательной компании KLM, проведешь четыре часа в прекраснейшем аэропорту Европы и скоро будешь в Москве. На мои возражения, что лучше я куплю себе билет на родной «Аэрофлот», где бизнес-класс стоит 1200 долларов (вот времена-то были! - Прим. И. Р.), и через восемь часов буду в Москве, он нервно начал заявлять, что так не получится, потому что куплены билеты в два конца, которые поменять нельзя.

Я разозлился и все-таки сделал так, как считал нужным - но это в Москву, а в Америку, на сам Кубок мира, всем нам пришлось лететь маршрутом, сочиненным федерацией. Не бред ли, что, летая по Европе первым классом, в Америку сборная России полетела экономическим, да еще и в переполненном самолете и с пересадкой? Я из него выходил, согнутый, как буква Z. Неужели нельзя было наоборот сделать - два часа по Европе в экономическом как-нибудь бы перенесли, а лететь им в Штаты… Потом я говорил с президентом Ассоциации игроков НХЛ Бобом Гуденау, и он сказал мне, что по официальному договору между НХЛ и ФХР сборная должна была лететь в Америку первым классом беспосадочным рейсом. Спрашивается - кто-то нажился на билетах?

Когда такие вещи происходили, становилось противно - мы от такого обращения в НХЛ несколько отвыкли. Я обо всем этом говорил в открытую. И получил. Хочется, конечно, верить, что все там со сменой руководства изменилось, но ведь и перед Кубком мира нам рассказывали, что все, дескать, по-новому. Но я уже, честно говоря, не очень в это верю. Вряд ли система могла измениться за такой короткий срок. Я понимаю, что это первая в истории подобная Олимпиада, но уж очень много впечатлений по-прежнему во мне сидят. И хочется, и колется - но я очень не хочу еще раз пережить то, что пережил в 96-м. Не могу я этого забыть, как бы себя ни заставлял.

- Но ведь болельщики ни в чем не виноваты, и они вправе ждать, что сборная поедет на исторические Олимпийские игры в своем сильнейшем составе!

- Прекрасно понимаю их чувства, но пусть они поймут и мои. Кандидатов в сборную у нас много, незаменимых людей нет. На Олимпиаду нужно ехать, будучи готовым и сконцентрированным на сто процентов и думая только о хоккее. Груз же моих воспоминаний вряд ли даст думать исключительно о нем.

Рассказ Малахова, думаю, исчерпывающе дает понять, какая атмосфера в те годы царила в российском хоккее. Казалось бы, рассчитывать на что-либо серьезное в такой момент не приходится. Ситуация до боли напоминала печально знаменитое «письмо 14-ти» футболистов сборной России, отказавшихся сыграть за национальную команду на чемпионате мира 1994 года в США. Причины, в сущности, были те же. И спортсмены точно так же не смогли отделить для себя мух от котлет - выступление за свою страну на крупнейшем турнире планеты и обиду на отдельных людей и структуры, организовывавшие (точнее, дезорганизовывавшие) жизнь сборной. И в одном, и в другом случае большинство отказавшихся впоследствии о том пожалело….

Тем более что перед Нагано новообразованный тандем из главного тренера Владимира Юрзинова и менеджера сборной по Северной Америке Алексея Касатонова организовал все идеально, и о «команде братьев» (выражение ее капитана Павла Буре), занявшей в Японии второе место, у каждого из ее участников остались только светлые воспоминания. Но к следующему Кубку мира, восемь лет спустя, все вернулось на круги своя.

ГЛАВНЫЙ ТРЕНЕР? СОСЕД ПО ДАЧЕ.

В феврале 2004 года я побывал на Матче всех звезд НХЛ в американском Сент-Поле. В то время втором Кубке мира в России еще не говорил никто, а в штате Миннесота я попал с корабля на бал, то есть на двухчасовую пресс-конференцию штабов сборных Канады и США. Боссы «Кленовых листьев» Уэйн Гретцки и Пэт Куинн отвечали вживую, главный тренер «звездно-полосатых» Рон Уилсон - по телефону из Сан-Хосе. Сотни репортеров, которые сидели друг у друга на головах, пристрастно расспрашивали руководителей сборных о каждом нюансе подготовки. И те отвечали - продуманно и без запинки. Потому что если бы не ответили, им на следующий день снесли бы головы. В прессе, в федерации - где угодно.

А у нас еще через три с половиной месяца после этой пресс-конференции не было не то что четкого состава - не было главного тренера. Как его назначали - это вообще анекдот.

Телекомментатор Дмитрий Федоров писал в «СЭ»: «Летом в безвыходной ситуации президент ФХР (Александр Стеблин. - Прим. И. Р.) зашел к соседу по даче Билялетдинову, а вышел с готовым тренером национальной команды на Кубок мира». И в этом не было ни капли гиперболы. Того, кто был в курсе управленческой стилистики Стеблина, такое удивить ничуть не могло.

Касатонов по горячим следам делился наболевшим:

- Ситуация доходит до абсурда: весной «Динамо» увольняет Билялетдинова (всем понятно, что не без участия Стеблина), а летом тот же Стеблин в безвыходной ситуации называет его главным тренером сборной на Кубок мира. И после этого кто-то еще может думать, что президента федерации волнует результат? Более того, уверен, что он ему не нужен. Потому как в человеке, оказавшемся способным его обеспечить, тут же видят личность, способную его, Стеблина, заменить.

Или возьмем такой пример. Оттава предлагала организовать 10-дневный сбор для каждой из стран - участниц Кубка мира. И канадцы со словаками на это предложение откликнулись. Правда, этот сбор пришлось бы оплачивать нашей федерации, а вопросы финансового характера волнуют ее больше всего. Потому, как только дело дошло до конкретных предложений, ФХР и прервала переговоры с Игорем Ларионовым о его работе в роли генерального менеджера сборной. С ним, с Павлом Буре, с Вячеславом Фетисовым все эти якобы переговоры велись только для того, чтобы создать видимость работы. Условия заведомо ставились такие, чтобы человек отказался.

После уже упомянутой пресс-конференции штабов сборных Канады и США в Сент-Поле мне удалось поговорить с вице-президентом НХЛ Биллом Дэйли. И на вопрос, почему ФХР не только согласилась играть в «североамериканской» группе с командами Канады и США (а не в европейской) на дважды чужом поле, но и пошла на четвертьфинальную встречу с командой из своей же группы (!), услышал:

- Вам следовало бы спросить об этом у руководства ФХР. Во время обсуждения состава группы никаких вопросов не возникало. На первом Кубке мира в 96-м россияне сами попросили о включении в североамериканский пул, а сейчас они не только не возражали против этого, но, как нам показалось, увидели в этом какую-то выгоду. Что же касается внутригрупповых четвертьфиналов, то во время переговоров данная тема, конечно, затрагивалась. На прошлом Кубке мира эта стадия была «перекрестной» - с соперником из другой группы. Теперь возникло иное предложение. И ни одна федерация не дала понять, что это является для нее проблемой.

- Активно ли участвовала ФХР в переговорах?

- Российская сторона принимала активное участие в обсуждении двух моментов. Первый - финансовые условия приезда и пребывания своей сборной в Северной Америке. Второй - календарь. После рассмотрения первого варианта ФХР выдвинула одно требование - не играть два дня подряд с североамериканскими сборными. На это мы пошли.

Какие выводы можно было сделать из интервью Дэйли, содержание которого, кстати, никто из нашей федерации даже не попытался опровергнуть? Во-первых, ничего, кроме банального желания сэкономить, руководителей ФХР не интересовало. Ну, а календарь… Календарь в итоге оказался таким, что выиграть этот Кубок мира для России было бы сродни американскому «чуду на льду» в Лейк-Плэсиде-80.

Сборная США, ставшая в итоге соперником россиян в четвертьфинале, закончила групповой турнир 3 сентября. Сборная России - 5-го. Четвертьфинал был 7-го. Сборная США никуда не переезжала из Сент-Пола вне зависимости от занятого в группе места - только если бы она осталась четвертой, ей пришлось бы играть в Торонто. Сборная России, хоть и стояла в таблице выше американцев, должна была лететь к ним в гости за день до игры.

Россияне по среднему возрасту могли быть сколь угодно моложе американцев, но такой календарь неминуемо делал их вдвое старше. Тут как раз могла бы помочь закалка в Кубках Стэнли, но на всю сборную России было всего четыре однократных его обладателя. Между тем до трехкратного победителя Кубка Стэнли Федорова не смогли дозвониться (!), а на еще одного трехкратного - Брылина - вообще махнули рукой.

РАЗОБЛАЧЕНИЯ ОТ ХАБИБУЛИНА.

Как формировался состав на Кубок мира-2004 - это вообще отдельная песня.

31 мая, в последний срок объявления состава, в сборную официально включили с десяток игроков, которые о своем включении туда слыхом не слыхивали. И, естественно, оскорбились такому отношению и ехать отказались.

Если бы турнир проводила не вальяжная НХЛ, а какая-нибудь суровая, скажем, ФИФА, то хотел бы я посмотреть, как потом наши бравые начальники из федерации смогли бы поменять состав наполовину. Если даже такие не самые дружные между собой люди, как Фетисов и Касатонов, придерживались единого мнения насчет фарса ФХР вокруг Кубка мира, что могло говорить о нем красноречивее?

Касатонов, в частности, говорил:

- Считаю, именно Стеблин несет ответственность за отказ ряда опытных игроков ехать на Кубок мира. Как всегда, виноватыми пытаются представить самих хоккеистов - не хотят, мол, выступать за сборную своей страны. Но вы помните, как бились за нее всего два года назад в Солт-Лейк-Сити нынешние «отказники» Хабибулин и Федоров, как привели команду к медалям? Что, за два года они разлюбили Россию? Нет, они (как и Даниил Марков, и Жамнов, и Валерий Буре, которые тоже выступали на Олимпиаде) не захотели играть на тех условиях, которые предложила им федерация.

В середине июня 2004-го я находился в Португалии, на чемпионате Европы по футболу. Когда раздался звонок моего мобильного, мне и в голову не могло прийти, что на связи будет не кто иной, как Николай Хабибулин. Лучший вратарь Солт-Лейк-Сити-2002 пожелал детально объяснить свою позицию относительно Кубка мира. Услышал я совершенно дикие вещи.

Для начала Хабибулин заявил, что при нынешнем положении дел в ФХР и сборной России он не видит смысла в своей поездке на Кубок мира. При этом подчеркнул: он очень хотел бы, чтобы эта публикация получила широкий резонанс, потому что других способов изменить вопиющую ситуацию в российском хоккее, с его точки зрения, просто нет.

Хабибулин сказал:

- Прекрасно понимаю: сколько бы Кубков Стэнли я ни выиграл, болельщики на родине будут ценить меня за хорошую игру на Олимпиаде-2002. Так же, как, например, Игоря Ларионова и Вячеслава Фетисова они ценят за золотое десятилетие 80-х годов, а не только за Кубки Стэнли в составе «Детройта». Понимаю и то, что мне уже 31 год и, возможно, на моем игровом веку осталось не много турниров такого уровня, как предстоящий в августе - сентябре Кубок мира. Скажу больше: и я, и мои российские друзья-хоккеисты мечтали выиграть этот Кубок.

Но если для кого-то главное - участие, то для меня - только победа. А в той обстановке, в которой проходит подготовка нашей сборной к этому турниру, о притязаниях на успех не может быть и речи. Я уже побывал в подобной ситуации на Кубке мира 1996 года, где во всем, что касалось организации, царил полный хаос. То же самое происходит и сейчас, а потому я не вижу никакого смысла в своей поездке на это соревнование.

- Верна ли информация, что в последние дни штаб сборной вступил с вами в переговоры?

- Уже после седьмого матча финала Кубка Стэнли Зинэтула Билялетдинов дважды оставлял сообщения на моем автоответчике. Но перезванивать на данный момент в мои планы не входит. В ходе финала я прочитал высказывание одного из руководителей сборной о том, что по законам НХЛ с игроками нельзя разговаривать до окончания плей-офф, потому, мол, мне раньше и не звонили. Может, такой закон принят на Лужнецкой набережной, но в НХЛ о нем никогда не слышали.

- То есть вас включили в заявку сборной на Кубок мира, ни разу с вами не поговорив?

- Именно так. До оглашения заявки никто даже одного сообщения не оставил, и вдруг я вижу свою фамилию в списке на Кубок мира. Когда разговаривал с партнерами по этой виртуальной сборной, то выяснил, что со многими из них произошло то же самое. Считаю: нас, игроков, просто подставили.

Если честно, именно эта история и стала последней (но отнюдь не единственной) каплей, побудившей меня дать это резкое интервью. Потому что подобный подход к формированию сборной на крупнейший турнир даже цирком назвать нельзя - для этого вида искусства такое сравнение будет слишком обидным.